Мое поколение

Мое поколение молчит по углам
Мое поколение не смеет петь
Мое поколение чуствует боль
Но снова ставит себя под плеть © К. Кинчев

Мамачоли надысь подняла интересную тему поколений (правда под замком) и вот что я хочу по этому поводу сказать.

Мы другие. Мы совсем другие, мы отличаемся от старших наших товарищений. И пусть мы не бегали голыми по лесу перед вальпургиевой выпускной ночью, как некоторые наши ровестники-первопроходимцы. Пусть мы молча смотрели вслед уходящей от нас с красавцем-мужчиной уже теперь бывшей девушке и не пытались ее отбить, как дети следующей пятилетки, но мы уже сильно отличаемся от тех, кто помнит день, когда родились мы.

Не то что бы мы хуже старших товарищей, но у них «волосы на пизде шевелятся», когда они слышат о наших похождениях. И нас это не пугает. Но и их это устраивает, к счастью. Чего нельзя уже сказать о людях, которых по возрасту мы могли встречать у роддома.

У меня не шевелятся волосы на пизде от похождений следующего поколения только по двум причинам: у меня нет пизды и мне пох. Мне реально пофигу с кем спят знакомые мне девушки и с каким выражением лица они мне говорят в глаза, что этого не делают (Господи, если бы это был принципиальный вопрос, я бы уже давно получил по морде от пары своих знакомых, ибо полез бы к ним с кулаками и лозунгами «Сука, ты переспал с моей бывшей, будущей, настоящей… походу уже не моей», да и они бы не остались в накладе… Но я уже давно способен ухмыльнуться на ухаживания товарища за девкой, с которой я сплю и отойти в сторонку. Однако именно из-за пофигистичности в этом вопросе я не перевариваю ложь в глаза. Они знают, что мы знаем, мы знаем, что они знают, что мы знаем. Но как сказала Олеся, я предпочитаю контраст: черное или белое. Скажи мне правду в глаза и я тебя буду уважать. Соври мне в глаза — и будешь потом мучаться совестью долго и упорно.

Хотя есть и исключения. Товарищ один имеется, из моего поколения, который просто постоянно врет. Ну врет и врет, что с того? Ты видишь что он врет, я вижу что он врет, он видит иногда уже что заврался — это никому, вроде, не мешает. Только когда обнажены старые раны тяжко бывает общаться, ибо в такие моменты хочется искренности и прямолинейности, вроде нашего с Лесей фирменного «суки!». Ну я и не общаюсь, жду когда либо у него кончится запал, либо мне будет интересно его «все» и со враньем. Но не смотря на все это он милый, ему простительно многое, он заработал уже право быть тем, кем он хочет быть, и не обращать внимания на свое поведение. И я его уважаю.

Но что-то я ушел от главной темы.

Да, товарищи моего поколения заслужили себе возможность врать мне в лицо, ибо прошли мы огонь и воду, и трубы горели неоднократно. И если я вижу что он мне врет, я понимаю, вопрос важный — человеку здесь надо именно так соблюсти приличия. И он понимает, что я понимаю — и это понимание постоянно висит между нами, хули, Ремарк еще про это хорошо написал.

Но меня искренне удивляет когда юное еще, по сути, создание, хлопает глазками и врет, сука, мне в глаза, явно рассчитывая что я поверю. Врет не моргнув глазом, не имея понимания со мной, может и не догадываясь что я знаю «что вы делали прошлым летом», врет для достижения своих целей, а не для того, что бы все между нами выглядело ОК. Вы еще не создали со мной близости мгновенного понимания, но вы уже разрушили мое доверие. И теперь я способен с вами смеяться и веселиться, но металлические нотки в голосе я скрыть, увы, не могу. И при случае, я с удовольствием воткну вам кинжал в спину, просто так, ровно просто так, как вы мне врете в лицо. Ведь я тоже отличаюсь от своих старших товарищей так же, как вы отличаетесь от меня. Это они хорошие, а я далеко не святой. А может быть я буду наслаждаться вами в разных ракурсах, может быть мой кинжал будет моральным, внутренним моим, который буду видеть только я, который не будет иметь внешнего проявления. Кто знает? У меня в голове свои таракашки.

Но и это я отвлекся, накипело.

Дашенька, подруга моя милая, всегда напутствует меня в Планетарий словами «и не связывайся там с семнадцатилетними девственницами — от них одни проблемы!». Знает что говорит, Дашенька, хоть и сама от меня в одном поколении, но имет понимание и принципы. Такие принципы, которые разделяем и мы, и поколение Виталика, и Мурины сверстники. И они мне понятны, и эти принципы, и эти люди.

А вот принципы следующих поколений мне уже не понятны. Они есть, эти принципы, они видны, они даже имеют оправдание. Но я их не понимаю.

Моe поколение смотрит вниз.
Моe поколение боится дня.
Моe поколение пестует ночь.
А по утрам ест себя.

Когда на Нашествии в Рязани Кинчев пел эту песню, толпа состоящая сплошняком из малолеток в майках «Алиса» даже не смотрела на сцену. Это не мое поколение, я их не понимаю, и готов их только использовать, но никак не дружить.